Дающий семя сеющему. Часть 1

Дающий семя сеющему. Часть 1

У меня для вас слово, которое Господь вложил сегодня во время молитвы в меня. Я хочу им поделиться с радостью, потому что ваши сердца подготовлены. Я верю, что сегодня это слово будет для многих как истина, которая освобождает. Я знаю, что это слово поможет вам подняться выше и приблизиться к Господу, как однажды оно подняло и приблизило меня. Я знаю, что это является действием любви, это часть любви. Мы можем о любви говорить очень много, мы можем общаться и говорить друг другу, как мы любим, но на самом деле мы никогда не познаем любви, если эта любовь не будет сопровождаться определенными действиями, поступками. Просто слова любви через какое-то время принесут тоску и скуку. К этому скоро привыкнешь. И в результате нечего будет уже сказать, и ты уже сам себя поймаешь на том, что уже не хочешь говорить «Я тебя люблю» и будешь стараться всеми своими силами эту фразу опускать, потому что просто сказать «Я тебя люблю» – этого мало. Для еврейского народа любви без действий не существует. Это именно так, это истина, это то, что сотворено Господом, это то, что действует по Его законам, отмениться не может, не отменится никогда и будет продолжать действовать, пока есть наш Господь. Это будет действовать, действовать и действовать. И хорошо, когда мы от слов переходим к делу.

Я хочу на фоне того, что желает донести Господь (так пришло в мое сердце), взять две главы из Библии. Я хочу встать на 2-е послание к Коринфянам, 8 и 9 главы. Я буду проходить по той истории, которая происходила там. Я буду смотреть на эту историю так, как меня попросил Господь, – как апостол. Я хочу принести истину, на которую вы сможете встать, которую вы можете использовать; истину, которая в будущем позволит вам вкусить плоды.

Павел пишет письмо церкви, которую он поставил, которую он начинал. Эта церковь, скажем так, подчиняется Павлу, хотя, я смотрю, Павел не командует, он не управляет ею, но он всегда демонстрирует Божью власть, которую не он прежде всего предложил этой церкви, а ту власть, которую он имеет от Господа Иисуса Христа. Это платформа, на которую его поставил Сам Господь. Не Павел это выбрал, а Сам Господь, и только Он может это отменить, но Он не отменяет. Эта власть имеется, и этой власти эта церковь подчиняется.

Итак, Павел пишет и рассказывает им о церкви в Македонии, что та церковь находится постоянно в гонениях, они испытывают скорби, вплоть до того, что они бывают неспособны даже что-то отдать. Но Павел рассказывает, что когда они встретились, то совершенно искренне собрали им пожертвования, и совершенно искренне, от всего сердца, македоняне им их отдали. И, видимо, Павел это принял, и он принял и посмотрел на это как жертву великую, потому что он видел, в чем находится церковь, какие испытания они проходят, как их гонят, и наверняка их арестовывали, они в страхе и трепете, но церковь продолжала жить. И дальше Павел обращается к коринфянам и рассказывает, что видит он, когда смотрит на эту церковь:

А как вы изобилуете всем: верою и словом, и познанием, и всяким усердием, и любовью вашею к нам, – так изобилуйте и сею добродетелью (2Кор. 8:7).

Он начинает подходить к тому, что есть добродетель. Добрая деятельность. Та самая, которую он увидел в церкви в Македонии. Это даяние. Любовь – она отдает. И это даяние материальное. Думаете, буду о десятине говорить? Нет. О жертвоприношениях? Нет. Я буду говорить о любви. Но тему десятины и жертвоприношений я коснусь. Но я коснусь так, чтобы вы увидели это совершенно с другой стороны.

Каждому из нас Господь дает благодать. Напомню, что благодать – это сверхъестественная Божья помощь, возможности, которые даются для того, чтобы исполнить Божью волю в нашей жизни. Господу не нужно, чтобы то, что Он хочет произвести, производилось исключительно нашими представлениями и тем, что хотим мы. Сначала Господь дает благодать, и мы видим ее как направляющую силу для исполнения Божьей воли. И мы уже начинаем понимать, что если перед нами что-то встает, но нет на это благодати, то этого Господь от нас не хочет, это исключительно наша воля.

Дальше Павел превозносит то, что мы богаты на всякое доброе дело. Любовь богата на всякое доброе дело. Но ведь может быть, что у нас нет любви? А это так. Когда мы приходим к Богу, то у нас нет ничего. И очень часто мы обучены были именно тому, что сначала мы все-таки должны были найти что-то в себе, что-то поискать, по сусекам поскрести и начать отдавать. И чаще всего все, что интересовало нас, – это были только финансы. Нам дали закон: ты обязан отдавать десятину. Расскажу, как это было у меня в церкви, но во многих церквях это была одна и та же картина: всегда были проповеди о десятине, которые ставили тебя в такое положение, что ты должен раскошелиться и отсчитать эту десятую часть, потому что ты прослушал проповедь, было поклонение… И хотя бы на одном служении забыли собрать десятину. Это помнится всегда свято. И вот ты сидишь, у тебя в кармане 5 рублей, и тебе нужно отсчитать 50 копеек, чтобы, как тебе говорят, отдать Богу и чтобы от тебя отстали. Отсчитал, отдал, а внутри настолько мерзко, и все эти действия вызывают такое множество вопросов, вызывают только грусть внутри, и больше ничего.

Что же происходит, почему так? Одни говорят, что это навечно – платить десятину. И сразу вспоминается брат Малахия, где этим молотом тебе стучат, что ты обязан сделать. Принесите десятины в дом. Принесите – и все тут. Принесите. Меня замучили однажды десятины, замучили до такой степени, когда я смотрела, как все происходит… Я хотела отдавать, но не знала, как это сделать. Мы не научены отдавать. А что требовалось отдать? Деньги. Деньги. Деньги. А если люди еще несвободны в этом отношении? Мало кто еще готов отдать то, что имеет, а ведь кто-то имеет не так много. Неужели все, что нужно Богу от нас, это чтобы мы раскошелились и отдали деньги? У меня наступил момент, когда ситуация дошла до такой степени, что я рискнула и прямо так сказала Богу: «Я больше не буду отдавать десятину, я больше не могу». И я закрыла свой карман. Потому что все деньги, которые у меня были, казалось, что они были не мои. У меня их либо отнимали, либо требовали их отдавать, либо я отдавала с радостью, но видела, куда тратятся эти деньги. Было очень тяжело на это смотреть. И почему было тяжело-то смотреть? Потому что я нуждалась. Я знала, как доставались эти деньги мне, и у меня отбирали достаточно приличную сумму. И для меня эта сумма была очень важная. И, конечно, приходили мучения, потому что я совершенно не хотела отдавать, приходили мысли, что я слишком жадная, и голова шла кругом оттого, что все было замешано только на деньгах. Особенно было тяжело, когда были постоянные проповеди о том, что надо отдавать, отдавать и отдавать. И самое главное, что за всеми этими проповедями всегда было одно понимание, что Богу нужны только деньги. Отдал десятую часть – и живи спокойно, иначе с тобой такое произойдет… И запугивания, что будет с тобой, если ты не отдашь.

Вот я и поймала себя на таком двойственном состоянии, что я отдавать Богу хотела, а в церковь не хотела. И я тогда на свой страх и риск сказала Господу, что отдавать больше не буду. До тех пор пока я не пойму, в чем же истина, до тех пор пока не разберусь, я больше не отдам ничего. Ты можешь, Господь, меня уничтожить, делать со мной все, что угодно, но я не могу больше отдавать. Я закрываюсь. Каково же было мое удивление, когда вместо обещанных мне проклятий, обещанной мне нищеты, когда говорили, что все окна закроются, случилось наоборот: Бог просто излил на меня Свою благодать, я была в шоке, я ничего не понимала. Разум кипел. А Он мне изливал Свою любовь. Господь, что это? Почему? Я ничего не понимаю. Слава Богу, что хоть один из нас понимал, что происходит, и это был Господь. И слава Ему за то, что Он всегда выводит к истине, особенно когда мы просим Его об этом. И особенно когда мы напоминаем Его слово, когда мы встаем на платформу Его Слова.

Вот я сейчас встану на эту платформу, и мы пойдем дальше. Я хочу закончить тему десятины раз и навсегда. Я хочу сказать, что ваши деньги Богу не нужны. Вы можете не отдавать их. Вы можете их не сеять, вы можете оставить их все при себе, потому что истина заключается в том, что любовь, которая в вас, она вытолкнет из вас тот избыток, которого ждет Господь. И это не всегда финансы. Кто-то из вас помазан на то, чтобы отдавать финансы. Это особое помазание. И тот, кто отдает финансы, тот отдает с любовью. Но среди вас есть те, кого Господь избирает сеять совсем другое. Потому что истина как раз заключается в том, что:

Ибо если есть усердие, то оно принимается смотря по тому, кто что имеет, а не по тому, чего не имеет. Не [требуется], чтобы другим [было] облегчение, а вам тяжесть, но чтобы была равномерность. Ныне ваш избыток в [восполнение] их недостатка; а после их избыток в [восполнение] вашего недостатка, чтобы была равномерность (2Кор. 8:12–14).

Здесь говорит апостол. Потому что передо мной все служения, передо мной все люди. Я богата на всякое доброе дело. Но что сеяла я? Финансы? Нет. Я сеяла не финансы, потому что истина говорит о том, что я отдаю то, что имею. Петр сказал: «Серебра и золота нет у меня, что имею, то даю тебе». Павел не имел денег, их у него не было, его жизнь принадлежала Богу, но он всегда был богат на всякое доброе дело. У меня тоже как таковых денег нет. Я не работаю, чтобы зарабатывать их и делиться. Но я работаю на Господа. Я отдаю то, что я имею. Он вложил в меня нечто, чем я могу поделиться. И это все называется следующим образом – семенем. Когда Господь открывал мне истину даяния и десятин, жертвоприношений, я увидела то, что я не могу дать ничего. А оказывается, Господь от меня денег и не ждал. Он вложил в меня нечто другое, что я хочу отдать. Мое помазание, мое призвание, мою веру. И однажды я сказала: «Господь, я так хочу отдавать». Я уже была готова к тому, чтобы отдать. Но любовь Божья не подразумевает исключительно финансовую отдачу. Я была ранена тем, что от меня ждали именно денег. Я готова была закрыть от всех все на свете: свой кошелек, свое сердце – чтобы у меня не забирали деньги. Я приходила с заработанными деньгами в церковь, а уходила с пустым кошельком. И у меня было ощущение, что я была прозрачной, и те деньги, которые давал мне Бог, были не мои. И многие ранены тем, что думают, что те деньги, которые Господь им дал, они не его, они Божьи, и обязательно все это нужно отдать, потому что Господь может прийти и сказать: «Значит так, вот Я там тебе денег дал, это не твои, это Мои деньги, и Я вот хочу, чтобы ты отдал их вон кому-то». Мне это внушало страх и незащищенность. Что говорит Господь по этому поводу, я сейчас вам скажу. Об этом очень хорошо сказал Петр:

… Анания! Для чего [ты допустил] сатане вложить в сердце твое [мысль] солгать Духу Святому и утаить из цены земли? Чем ты владел, не твое ли было, и приобретенное продажею не в твоей ли власти находилось?.. (Деян. 5:3, 4)

Все ваше – это ваше. Все, что вы имеете, вы имеете над этим власть. Каждый, кто требует у вас, обворовывает вас, вымогает, и это грех. Все, что вы имеете, дается вам в пользование, вам дана власть над этим, и это полностью ваше. Даже Господь не претендует на эти деньги. Он никогда их не отнимет. Сатана найдет способ, как отнять. Вы можете поделиться только в том случае, если вы будете богаты на это, если это не ущемляет вас, потому что Господь желает, чтобы избыток в вас был отдан, потому что носить в себе избыток вы все равно не сможете. И то, в чем вы испытываете избыток, вам захочется отдать, потому что это – ЛЮБОВЬ. Вы можете избыточествовать в учительстве, у вас может быть избыток в том, что вы молитесь за исцеление других людей, и вы отдаете это с радостью. И так может случиться, что вы посеете духовное, а пожнете материальное.

Уззия

Продолжение – Дающий семя сеющему. Часть 2

Отставить отзыв